|
Ты сам знаешь, они нас убьют ради еды в наших рюкзаках. Теско дернул кадыком и стянул с плеча винтовку — мы подходили к повороту дороги. Обзор нам адресно-телефонная база жителей санкт-петербурга и лен области высокая кирпичная стена, почерневшая внизу от подземного жара. Я выглянул за угол, ожидая увидеть голодную орду выживших или готовящихся к броску серых. Через полчаса будет темно. Я покачал головой: — Будем идти ночью. Если там кто-то уцелел, холод их убьет. Я наклонился и приложил ладонь к дороге. Наверное, пожары — то ли от горючего газа, то ли вспыхивают медленно месяцами разогревавшиеся дома. Куда больше тревожили трещины в земле у нас под ногами. Будто какой-то рассерженный великан рвал руками почву. Их легко можно было перешагнуть, но если глянуть вниз, виднелось тускло-красное свечение — подземный жар поднимался так высоко, что камни светились, как угли в костре. В любую секунду любой из нас мог адресно-телефонная база жителей санкт-петербурга и лен области на почву, запекшуюся тонкой коркой, и рухнуть прямо в яму из пылающих скал. Мы заорем, безнадежно цепляясь за края в поисках выхода, но единственным выходом будет смерть от вскипевшей в сердце крови. Земля под ногами иногда гудела и подрагивала. Я слышал те же удары перегретого пара, прорывающегося из одной подземной полости в другую. И думал о Кэролайн Лукас.
Она могла бы жить, — повторял я себе снова и снова. Если бы был умнее или шевелился быстрее”. От этих мыслей я прибавлял шагу. Я слышал, как пыхтел от натуги Теско, пытаясь угнаться за адресно-телефонным база жителей санкт-петербурга и лен области диким темпом движения по черной пыли. Я должен был найти Кейт. Если она выжила, то я ей нужен. Если мы каким-то чудом найдем их живыми — Кейт, Синди и Говарда. Господи, как я на это надеялся! Мы шли почти уже в темноте. Привыкшие к темноте глаза позволяли рассмотреть сгоревшую дорогу, которая вела нас на юг. На перекрестках я рисковал адресно-телефонным база жителей санкт-петербурга и лен области фонарь, выхватывал на миг из адресно-телефонной базы жителей санкт-петербурга и лены области дорожный знак, чтобы не потерять дорогу к Лидсу. Выключив фонарь, мы ждали, замирая, припав у края дороги с винтовками наготове. В этой темноте даже секундная вспышка фонаря была как маяк, дающий всем сигнал: рядом люди. Я ждал с прикладом у плеча. Ожидая в любую секунду, что на меня бросятся в попытке разорвать на части. Все оставалось тихо, и мы шли дальше. Лидс стал пустыней сгоревших домов без крыш и окон. Тысячи машин стояли на улицах с открытыми дверцами. Когда в эту часть города поплыл ядовитый газ, люди не сразу поняли, что надо идти пешком, они попытались ехать и застряли. А потом, когда прорвался подземный жар, шины вплавились в асфальт и полопались в огне. Обжигающий жар снес краску с кузовов, и они были покрыты одноцветной тусклой ржавчиной. Ветровые стекла расплавились, закаленное стекло пролилось на приборные панели. Там оно остыло и снова затвердело, как сложенная во много раз простыня. Чем-то они были похожи на те формации голубого льда, которые бывают в Антарктиде. С рулей свисали сосульки затвердевшего стекла. В Хидроу валялись обломки вертолета с искореженными лопастями.
|
Мобильный поиск местоположения
